"Requiem aeternam" в исполнении  musicAeterna

"Упокой, Господи, души усопших раб Твоих,
Идеже пребывает свет лица Твоего".

         Как схоже это молитвенное воззвание из православного последования отпевания с начальными словами заупокойной католической мессы: "Requiem aeternam dona eis, Domine, etluxperpetualuceateis“ ("Покой вечный даруй им, Господи, и свет вечности воссияет им")!  И сколь различно их музыкальное воплощение! В современном секуляризованном сознании известные Реквиемы Моцарта, Берлиоза и Верди давно уже превратились в концертные произведения, не имеющие никакого отношения к церкви.

  Однако, все они (в отличие от Немецкого реквиема Брамса или Военного реквиема Бриттена) написаны на канонический латинский текст и первоначально предназначались именно для церковного исполнения.

  Так и Реквием Верди впервые прозвучал в миланском соборе св. Марка 22 мая 1874 года в годовщину смерти итальянского поэта Алессандро Мандзони, которому и посвятил композитор своё грандиозное творение. Через 3 дня Реквием был исполнен в миланском театре "Ла Скала", и с тех пор началось его триумфальное шествие по мировым сценам.

      В русской духовной музыке можно провести аналогию со "Всенощной" Рахманинова, звучащей преимущественно в концертных залах. Однако, такие её части, как "Богородице Дево, Радуйся",  прочно вошли в православное богослужение. Да и целиком её можно услышать, например, в московском храме "Всех скорбящих Радосте" на Ордынке в годовщины смерти композитора.

   А вот вердиевский Реквием сейчас трудно представить себе за заупокойным богослужением. Дирижёр Ганс фон Бюлов назвал его "оперой в церковных одеждах".     И, действительно, совершенно по-оперному прозвучали воскресным вечером дуэты, трио и квартеты в исполнении солистов, среди которых выделялась гибким и красивым сопрано Зарина Абаева. Понравился мне и звонкий тенор Рене Барбера и мягкий баритон Тарека Назми, которому, однако, не хватало мощи в низах. А вот меццо-сопрано, заменившей объявленную Эрмине Мэй, не хватало гибкости и филигранности при несомненно звучном голосе. Особенно "бросались в уши" грязноватые октавы в дуете с сопрано в №5 "Аgnus Dei", тем более, что повторявший вслед за ними ту же мелодию   80-голосный смешанный хор звучал, как один человек, и звучание это восхищало и завораживало, как легчайшее веяние ангельских крыл!

   Надо сказать, что хор, как и оркестр, был выше всяких похвал. В его пении как раз ощущалась и молитва, и покаяние, и трепет перед грозным Судией, и робкая надежда на Его милосердие. С первых же тактов  вниманием слушателей завладевали еле слышимые в напряжённой тишине почти нереальные звуки виолончелей, которым вторил боязливый, но внятный шёпот хора, молящего о вечном покое. Этот шёпот был не менее экспрессивен, чем вихрь эмоций, потрясающих душу апокалепсическим ужасом в рефренах "Dies irae", пронизывающих весь Реквием.

     Жаль, что сольные эпизоды уступали по силе выразительности и были решены в совершенно традиционно-привычном ключе. Это вносило в исполнение некий диссонанс, как бы противопоставляя духовный мир молитвы чувственным страстям приземлённого мира. Впрочем, может быть так и было задумано интерпретатором? Может он сознательно обнажил это противоречие, столкнув эти два мира со своей красотой, радостями и стремлениями? Тогда приходится признаться, что в исполнении musicAeterna мир чувственных наслаждений оказался побеждён красотою молитвенных воздыханий, наполняющих начало и конец Реквиема.

    Удивительно, что при столь разном подходе хора и солистов к воплощению композиторского замысла, музыка не распадалась на отдельные фрагменты, но дышала и жила полнокровной жизнью, до самого конца не отпуская внимания слушателей.                                         

      Кстати, отмечу отрадный факт: впервые за последние годы между частями цикла не прозвучало ни единого хлопка! А после заключительных слов "Libera me" ("освободи меня"),  растворяющихся (на немыслемых 4-х piano) в вечности,  никем не нарушаемая тишина зависла в зале на долгих  15 секунд!

     Если не вдаваться в разбор мелких погрешностей, устранения которых столь тщательно и успешно добивался маэстро на дневной репетиции, исполнение в целом произвело потрясающее впечатление. Оно было наполнено дыханием и жизнью,  огнём и созерцанием!  Благодарный зал, стоя, аплодировал артистам, бесконечно вызывая их на поклоны.

   В этот вечер как нельзя более созвучным названию исполненного шедевра – "Requim aeternam" ("вечный покой") -  оказалось наименование самого коллектива – "musicAeterna" ("вечная музыка" или "музыка вечности").  И мы, слушатели, в этот вечер сподобились приобщиться к отблескам немеркнущего света, сияющего в этой вечной музыке!

 

25 марта 2019 г., Москва.